ГлавнаяПресс-службаНовости МСП«Будут рынки сбыта — будет экономический рост»

Пресс-служба

«Будут рынки сбыта — будет экономический рост»

12.09.2018

На дальневосточных гектарах строят жилые дома, а не бизнес. Глава «Опоры России» Александр Калинин уверен, что предприниматели еще займут эти земли. Для этого им нужен выход на легальные рынки сбыта, заявил он в интервью МИЦ «Известия» на полях Восточного экономического форума (ВЭФ) во вторник, 11 сентября. Сколько денег теряют на ягодах и грибах, где может развернуться малый бизнес на Дальнем Востоке и как стать лучшими на азиатских рынках — в материале портала iz.ru.

О гектарах под мечту

— Накануне на заседании Госсовета по развитию Дальнего Востока звучали достаточно грустные цифры: отток населения превышает приток. Кто-то объясняет это социальными проблемами, но для меня есть еще один серьезный показатель — это история с дальневосточным гектаром. Абсолютное большинство земель на Дальнем Востоке ушли в личное пользование. Под фермерство, предпринимательство — всего лишь 7%. Получается, люди выбирают не удочку, а рыбу. Почему люди не видят возможности для ведения фермерского хозяйства, открытия малого или среднего бизнеса?

— Во-первых, у людей есть большой отложенный спрос. Многие хотят иметь свой дом на природе, а не жить в многоэтажка. В чем-то это такое осуществление мечты. Это плюс на самом деле, что такая возможность появилась.

— Но программа дальневосточного гектара разрабатывалась не только для того, чтобы в регион приезжали ради жилья, но и для роста социальной ответственности.

— Согласен. А вот теперь смотрите: благодаря программе в коммерческий оборот были вовлечено достаточно значительное количество земель. 44 тыс. человек, по-моему, воспользовались этой программой — это 44 тыс. га. И программа продолжается — сейчас только начало. Человек, взяв эту землю, через какое-то время может ее продать, использовать иначе.

— Вас как человека, который представляет интересы малого и среднего бизнеса, не беспокоит, что люди не хотят заниматься предпринимательством? Или это нормальное соотношение?

— Люди должны видеть рынки сбыта. У нас большая проблема (это касается не только Дальнего Востока) в том, что человек не может сбыть свою продукцию самостоятельно — только если нелегально. И вот ключевой вопрос для Дальнего Востока, с моей точки зрения, — это помочь людям найти рынки сбыта. Тогда желающих заниматься бизнесом будет гораздо больше.

Я приведу пример, характерный для Дальнего Востока, — сбор грибов, ягод. Здесь в теневом бизнесе находятся десятки миллиардов рублей. Есть перекупщики этой продукции, а значит, есть люди, которые не заинтересованы в обелении этого рынка. А на самом деле экспортный потенциал даже здесь огромный. Есть китайский рынок, корейский рынок — они знают, что у нас качественные травы произрастают, грибы, ягоды, и хотят получать эту продукцию. Одна из задач, в том числе институтов власти, да и общественных организаций бизнеса — это помочь людям с рынками сбыта. Будут рынки сбыта — будет экономический рост. И рост будет достаточно интенсивный.

О теневых предпринимателях

— Вы говорите, что есть люди, которые не хотят обелять этот рынок. Но не проблема ли в тех, кто занимается этим бизнесом? Ведь очевидно, что они, скорее всего, относятся к той самой категории самозанятых, которым совсем не хочется показывать свои доходы, платить налоги. Потому что слишком непосильная налоговая нагрузка.

— Во-первых, если говорить о микробизнесе, то она не такая уж она и непосильная. Если оборот у предприятия до 150 млн рублей, то нужно платить максимум 6% с оборота. И больше того, если еще заплатить 13% подоходного налога, то это фактически те деньги, которые человек может из бизнеса изъять. Это у него легальный доход.

Во-вторых, сейчас для самозанятых разрабатывается специальный налоговый режим — 4% с оборота человек будет платить.

— Это сработает? Позволит вывести самозанятых из тени?

— Пока это эксперимент — налоговый режим нового формата введут в четырех регионах. Он рассчитан на 10 лет. Если человек платит от того, что он получил, — нет никаких больше платежей в пенсионный фонд и других взносов. Если вы получили, к примеру, миллион рублей, да, то, наверное, заплатить 4% в течение года — это логично. Более того, это будет делаться автоматически. Я думаю, большинство людей с этим согласится.

— Что от этого получит самозанятый?

— Взамен он получит то, что его права как гражданина и предпринимателя защищены. Он получает доступ к системе медицинского страхования, кредитной банковской истории, ему не будут блокировать счета банки. Кроме того, у него появится возможность обращаться за такими методами поддержки, как выкуп муниципального и федерального имущества, получение тех или иных разрешений. Другое дело, что этот режим должен предполагать, что человек не будет подвергаться административному давлению. Если всё будет доработано, система выйдет в оборот.

О венчурных механизмах

— Ключевые темы форума — расширение границ возможностей, привлечение инвесторов на Дальний Восток, территории опережающего развития (ТОР) и свободный порт «Владивосток». Какова роль малого бизнеса во всем этом?

— К малому бизнесу, согласно нашим законам, относится предприятие с оборотом до 800 млн рублей. Это могут быть серьезные проекты. Мы в «Опоре России» даже начали создавать такой банк инвестиционных предложений. Сегодня обсуждали это в том числе с корейскими партнерами. Сейчас, к примеру, в Приморском крае, на Сахалине, на Камчатке прирост числа туристов из иностранных государств. Как правило, это Китай, Корея и Япония.

Не хватает ресторанов. Во Владивостоке вечером сегодня все будет занято, настолько много приехало гостей. Не хватает отелей, развлечений для туристов. Это могут быть СПА-центры, горнолыжные курорты. Во многом это малый бизнес, некоторые проекты требуют от 10 млн до 100 млн рублей инвестиций.

Если это проектное финансирование, то, для того чтобы взять кредит, нужны залоги, достаточно большой собственный капитал. И предприниматели справедливо говорят: «Давайте вместе найдем другие способы финансирования. Не банковские». К примеру, это может быть выпуск облигаций — сейчас такие механизмы созданы на Московской фондовой бирже. Это может быть венчурное финансирование, которое у нас вообще не работает.

— Но здесь надо еще найти тех венчурных инвесторов, которые будут готовы вкладывать в подобный проект. Институты венчуров в нашей стране, увы, развиты на очень масштабные и самые перспективные проекты.

— Ну, знаете, у нас банковской системы 30 лет не было в Российской Федерации. Она создавалась с ходу. У нас много чего не было, например, системы поддержки малого бизнеса.

Мы обязаны создать венчурное финансирование, если мы хотим, чтобы малый бизнес активно инвестировал. Кроме того, для этого нужны гарантии: если я вкладываю деньги, я должен четко понимать, когда и как я получу их обратно.

О прорыве в Азию

— Те проекты, которые вы приводите как пример для малого бизнеса, связаны с развитием туристической инфраструктуры. Они предусматривают еще одно достаточно серьезное вложение — это земля либо недвижимость. Во Владивостоке, например, цены на недвижимость крайне высоки. Как решается эта проблема?

— Именно для этого и был создан механизм территорий опережающего развития. Те, кто регистрируется там, могут получить землю по упрощенной схеме. И зачастую она выделяется под инвестиционный проект бесплатно. Я знаю владивостокских предпринимателей, которые уже эту землю получили, а часть из них уже даже завершила инвестиции. К примеру, недалеко от аэропорта был построен компанией ДНС новый логистический центр стоимостью порядка $2 млрд. Два года назад его еще не было. И это только один пример.

— $2 млрд — это все-таки уже не малый бизнес...

— Это общая цена, им еще там вкладывать достаточно много. Есть следующая проблема — земли вокруг ТОР мало. Вовлечение земли в гражданский оборот — тоже одна из ключевых задач. Здесь очень много земель, которые принадлежат Министерству обороны. Как правило, они не используются, и мы ставили вопрос о том, что на Дальнем Востоке нужно провести ревизию земель. С тем чтобы можно было гораздо больше территорий ввести в коммерческий оборот. Есть системные вещи, не решив которые, нельзя идти дальше вперед. Вот одна из них — вовлечение в оборот земель.

Второе, о чем я говорил — это обеление бизнеса, венчурное финансирование. Я бы еще обратил внимание вот на что: если малый бизнес массово не пойдет в экспорт, бурного экономического роста не будет. Для выхода в экспортную зону нужно, во-первых, предоставить продукт с высокой добавленной стоимостью, уникальный на рынке и конкурентоспособный. Насколько я понимаю, тот же соседний Китай весьма настороженно относится. Способ зарегистрировать ту или иную юридическую форму совместного предприятия предполагает очень серьезную защиту от иностранцев. Так что о каком экспорте вы говорите?

Я специально поехал в Китай в мае этого года, посмотрел там технопарки, промпарки, которые они предлагают на границе с Российской Федерацией и в городе Суйфыньхэ. Я знаю, что аналогичную программу они развивают в Хэйхэ. Для двух отраслей они предлагают специальные условия — это пищевая переработка и переработка древесины. У них нет возможности производить качественные продукты в таком объеме, какой им нужен, и, естественно, у них есть проблемы с древесиной. Как минимум переработка продуктов питания — это точно можно сделать здесь, и мы обязаны это делать. А китайский рынок открыт для многих продуктов, просто у них специфические вкусы.

У «Опоры России», если я не ошибаюсь, сейчас уже шесть представительств в Китае, там работают профессионалы своего дела. Можно и нужно здесь заниматься пищевой переработкой, в том числе морепродуктами. Но производить нужно с пониманием, как это продавать в Китае, Корее или, например, Японии. Я вас уверяю, что это лежит на поверхности, на поверхности земли в буквальном смысле этого слова.

— В ТОР инвесторам предоставляются не только налоговые льготы, но и инфраструктура, причем построенная за счет государства. Если малый бизнес будет иметь такие же привилегии, возможно, это даст толчок развитию?

— Президент вчера объявил на Госсовете по развитию Дальнего Востока, что будет выделено дополнительно 50 млрд рублей на строительство социальной инфраструктуры. Точно это поможет развитию вот в каком плане: вы знаете, что 14 августа первый контейнерный поезд пошел из Владивостока в Санкт-Петербург. Резко упадет стоимость поставок с Дальнего Востока в центр страны, также сократится время доставки небольших грузов в европейскую часть России. За счет режима свободного порта «Владивосток» можно будет быстрее поставлять грузы в Азиатско-Тихоокеанский регион и получить их. Плюс визовый режим, карта АТЭС, которую «Опора России» дает своим членам.

Это все позволяет использовать системные вещи, в том числе инфраструктурные, для того, чтобы быть эффективным в бизнесе и снижать издержки. Но и бизнес должен выстраивать свою модель так, чтобы качество товара, производительность труда предприятия, методы продвижения были не хуже, чем у японцев, корейцев, китайцев, американцев. Поэтому нам нужно многому научиться, чтобы стать лучшими на тех рынках.

Источник: https://iz.ru/

Вернуться в раздел
Наверх